Чего просить или чего требовать.

ИТОГИ:

ОТ ОБЩЕСТВА КАК ОБЪЕКТА
УПРАВЛЕНИЯ К ОБЩЕСТВУ КАК СУБЪЕКТУ УПРАВЛЕНИЯ245

С точки зрения прав,
прерогатив и обязанностей государства изучаемое время можно разделить на два
периода: конец XVII в.—1860-е гг., когда происходило их увеличение за счет
расширения функций государства и присвоения им части функций местного
самоуправления, и 1860-е—1917 гг., когда имело место их уменьшение за счет делегирования
части власти местному общественному самоуправлению, с 1906 г. — парламенту.
Соотношение сил между государством и общественностью изменялось параллельно с
изменением функций органов государственной власти и общественного
самоуправления: до 1861 г. сила коронной администрации росла, после Великих ре­форм
— снижалась, что находило отражение в изменении относительной численности
бюрократии и армии. Соответственно мы наблюдали равновесие сил в XVII в.,
перевес их в пользу государства в 1700-х гг.—середине XIX в., хрупкое
равновесие до 1880-х гг., перевес в пользу общественности в 1881—1905 гг. и
полное преимущество последней после установления режима конституционной
монархии.

Отношение официальных
властей к обществу и общественности к верховной власти со временем также
серьезно изменялось. Схематично можно сказать, что до конца XVII

в.         верховная власть видела в
общественности помощника, советника и слугу, с начала XVIII в. и до конца
1850-х гг. общество являлось объектом управления и попечительства, а
общественность служила как бы связующим звеном между государством и обществом.
«Россия (имеется в виду общество. — Б.
М.) всегда была такая страна, — считал М. А. Дмитриев — один из видных
представителей русской общественности второй четверти XIX в., — которая не
имела своего голоса, да если бы и дали его, она сама не знала бы, что ей нужно.
Чего просить или чего требовать. Мы чувствуем только инстинктивно, что нам
нехорошо, а устройство не нашего ума дело! И потому все должно угадывать
правительство!».24 В 1860-е—1895 гг. верховная власть рассматривала
общественность как младшего партнера, в 1895—1905 гг. — как соперника и
конкурента за власть, а с 1906 г. — как своего могильщика. До 1880-х гг.
общественность чаще всего соглашалась с ролью, которая ей отводилась верховной
властью, хотя около 1825 г. между ними возникло отчуждение, перешедшее около
1848 г. во вражду, которая продолжалась до середины 1850-х гг. Примерно с
середины 1890-х гг. общественность стала претендовать на равное партнерство с
верховной властью и, не добившись этого, начала рассматривать самодержавие как
своего злейшего врага. После 1906 г., разделив власть с императором,
общественность взяла курс на установление своего полного господства над
государством и в феврале 1917 г. добилась этого.