Если Нива отражала вкусы и

Если «Нива» отражала
вкусы и склонности своих читателей, — а именно об этом говорит стойкая и
возраставшая со временем популярность журнала, — то биографические материалы,
помещенные на ее страницах в 1870—1913 гг., свидетельствуют о непопулярности
среди широких образованных кругов русского общества буржуазного типа личности и
неприятии таких базисных буржуазных ценностей, как богатство, слава, власть,
влияние, личный успех, индивидуализм. Это позволяет сделать предположение об
антибуржуазном менталитете читательской аудитории, состоявшей в значительной
степени из русской интеллигенции, но, судя по тиражу журнала, включавшей и
более широкие слои среднего класса русского общества. Известный московский предприниматель
и общественный деятель начала XX в. П. А. Бурышкин в своих воспоминаниях писал:
«Нужно сказать вообще, что в России не было того культа богатых людей, который
наблюдается в западных странах. <...> Во всех некупеческих слоях — и в
дворянстве, и в чиновничестве, и в кругах интеллигенции, как правой, так и
левой, — отношение к „толстосумам" было в общем малодружелюбным,
насмешливым и немного „свысока". Во всяком случае, торгово-промышленники
отнюдь не пользовались тем значением и не имели того удельного веса, которые
они должны были иметь благодаря своему руководящему участию в русской
хозяйственной жизни и которыми пользовались их западные, европейские и особенно
заокеанские коллеги в своих странах».176

Вместе с тем постепенно
со страниц журнала исчезало отрицательное отношение к деятельности
предпринимателей. Наиболее существенное изменение состояло в том, что стала
признаваться положительная роль богатства при наличии у его обладателя высоких
идей духовного порядка и желания использовать его на благо человечества, для
благотворительности, поддержки науки, искусства и просвещения. Несмотря на эти
компромиссы, «Нива» и в начале XX в. не содержала апологетики
предпринимательства и личного успеха, не рекламировала преуспевающего
бизнесмена, миллионера, человека дела, сильной личности, капитана индустрии,
который добился жизненного успеха, славы и богатства как основы счастья, как
это делала литература и журналистика в США и западноевропейских странах в конце
XIX—начале XX в.177 «Нива»
также не отказалась и от традиционных идеалов беззаветного и бескорыстного
служения обществу. Новые идеалы не вытесняли традиционные, а сосуществовали с
ними, более того — традиционные идеалы даже корректировали их.