Нарушение этих запретов считалось грехом.

Однако посещение исповеди
являлось показателем внешнего благочестия:
оно легко контролировалось общественным мнением, церковными и отчасти светскими
властями, которые непосещение исповеди трактовали как показатель принадлежности
к расколу. Воздержание от интимных контактов во время Великого поста менее поддавалось
контролю общественности, и поэтому данные об этих контактах могут пролить
дополнительный свет на приверженность населения к религиозным обрядам или, как
говорили люди, на степень «страха Божьего». Православная и католическая церкви
во время Великого поста, который продолжался 48 дней между февралем и маем
(пост не имел строгой датировки, но февраль или март целиком приходились на
пост), требовали от своей паствы ограничений в пище, развлечениях, а также
полового воздержания. Нарушение этих запретов считалось грехом. На исповеди
священники спрашивали прихожан: «В праздники господские, в воскресные дни, в
среды и пятницы и Великий пост не совокупляешься ли с ним/с нею?».211
Если бы все православные соблюдали запреты, то в год, когда пост приходился на февраль,
нулевая рождаемость наблюдалась бы в ноябре, а когда пост приходился на март —
в декабре. Чем менее соблюдались запреты воздержания в Великий пост, тем больше
была бы рождаемость в соответствующие месяцы, и наоборот. Следовательно,
колебания рождаемости через 9 месяцев после поста могут служить хорошим
показателем строгости его соблюдения. Этот своего рода тест имеет преимущество
перед другими, поскольку касается интимной стороны жизни человека, закрытой от
других и не поддающейся прямому контролю. Нарушение запрета могло обнаружиться,
когда женщина рожала (так как прихожане могли определить, когда произошло
зачатие), но перспектива «разоблачения» была отдаленной и неопределенной, в то
время как непосещение исповеди обнаруживалось сразу и влекло немедленные
санкции. Мы располагаем всероссийскими данными о рождаемости по месяцам за
1867—1910 гг., которые показывают, что через 9 месяцев после окончания Великого
поста (обычно в ноябре или декабре) у православных и вообще у всех христиан
наблюдалась минимальная рождаемость, а через 10 месяцев после поста (обычно в
январе) — максимальная рождаемость, которая была несомненной компенсацией за
воздержание во время поста. Для чистоты эксперимента исключим из анализа 13
лет, когда хотя бы один день марта не попадал на время поста: 1868, 1871, 1874,
1877, 1882, 1885, 1888, 1891, 1893, 1896, 1904, 1907, 1909 гг. (табл. ХІ.3).