Однако структура собственно классных чиновников

—   социальный статус
всего корпуса чиновников существенно
повысился: чиновники в массе своей стали принадлежать к
привилегированному благородному сословию, так как любой
классный чин до 1845 г. давал личное дворянство, а начиная с VIII класса —
потомственное дворянство. Однако структура собственно классных чиновников
изменилась в меньшей степени, поскольку на протяжении всего изучаемого времени
подавляющее их большинство находилось в низших рангах: средний «класс», или
средний чин, всех классных чиновников равнялся в 1755 г. — 9.6 класса, в 1796
г. — 10.1, в 1857 г. — 10.5, в 1897 г. — 9.6 класса. Другими словами, в
XVIII—первой половине XIX в. средняя «классность» чиновников понизилась на 0.9
пункта (так как важность чина росла от XIV к I классу), а после отмены крепостного
права повысилась на 0.9 пункта, т. е. вернулась к исходному рубежу 1755 г.
Существенное уменьшение доли канцеляристов и сохранение средней классности
чиновников говорит о том, что за время существования Табели о рангах
возможности сделать карьеру на гражданской службе становились более
благоприятными. 37

Форма и величина
жалованья всегда имеет важное значение для социального статуса человека. По
величине содержания, включавшего для классных чиновников средних и высших
рангов жалованье (около 38% всего содержания), столовые (около 37%) и
квартирные деньги (25 %), чиновники разных рангов примерно соотносились как 100
(канцеляристы) — 300 (IX—XIV классы) — 700 (V—VIII классы) — 4300 (III—IV
классы). Содержание чиновников I—II классов назначалось по высочайшему
повелению. Содержание канцеляристов примерно равнялось или было несколько ниже
заработка квалифицированного городского рабочего, содержание классных
чиновников низших рангов в 2—3 раза его превышало, у чиновников средних рангов
обеспечивало уровень жизни «благородного человека» из образованного общества, а
доход чиновников высших рангов по русским стандартам делал человека богатым.
Например, в крепостное время он равнялся доходу среднего или богатого помещика,
имевшего несколько сот крепостных душ.38 До 1763 г. форма жалованья
не была стабильной. В начале XVIII в. жалованье было сложным по составу: оно
включало деньги, землю, продукты, а также «почести», т. е. подношения (взятки)
от истцов. В 1714 г. земельное жалованье было всюду отменено и заменено денежным
и хлебным; установлены единые годовые оклады для всех должностных лиц.
Жалованье столичных чиновников составляло половину оклада армейских офицеров
соответствующих рангов, а провинциальных чиновников — четвертую часть. Однако в
1726—1727 гг. в связи с дефицитом государственного бюджета численность
чиновников, получавших жалованье, была сокращена, само жалованье уменьшено, а
канцеляристы вообще перестали его получать и, как в XVII в., стали кормиться
платой или подношениями от истцов. В 1763 г. Екатерина II окончательно
восстановила денежное жалованье всем чиновникам и увеличила его вдвое.39
В последующие годы жалованье номинально, в ассигнациях, увеличивалось, но во
второй половине XVIII—начале XIX в. его реальное значение понижалось вследствие
падения курса бумажных денег и роста цен, а затем стало повышаться, однако и к
середине XIX в. не достигло уровня, на котором оно находилось в екатерининское
царствова­ние. В 1804 г. средняя денежная часть жалованья столичных чиновников
равнялась 311 р. серебром, в 1810 г. — 119 р., в 1825 г. — 234 р., в 1832 г. —
279 р. серебром в год. Число чиновников в Петербурге за это время увеличилось с
5011 до 13 019.40 В пореформенное время номинальный и реальный
уровень содержания чиновников продолжал увеличиваться.