У ряда крупных сановников доходы

Киевской железной дороги получили
известность как акции Государственного совета и Сената — так много было среди
акционеров членов этих учреждений. У ряда крупных сановников доходы от ценных
бумаг составляли важную часть их личного бюджета. 33 В правлениях и
советах банков и акционерных обществ чиновники занимали сотни мест. В правлении
каждого из существовавших в России 1788 крупных акционерных предприятий в
1901—1902 гг. мы встречаем хотя бы одного чиновника, находившегося на
действительной службе или в отставке; это положение не изменилось до 1917 г. 34
Дворянский статус средней и высшей бюрократии заставлял ее довольно чутко
реагировать на мнение преимущественно дворянской по составу общественности, а
ее вовлеченность в предпринимательство приводила к тому, что она знала о
чаяниях новой буржуазной элиты. Словом, как до, так и
после эмансипации бюрократия была осведомлена о потребностях русской
общественности и ее желании изменений в экономическом и государственном строе
страны.35

Со времени Петра I,
который впервые в России открыл специальные подьяческие училища для подготовки
чиновников-профессионалов, началось непрерывное повышение их образовательного
уровня. Однако долгое время для поступления и продвижения по службе не
требовалось никакого образовательного ценза — достаточно было быть грамотным.
Закон от 24 января 1803 г. установил определенные требования к уровню
образования чиновников, а указ от 6 августа 1809 г. установил образовательный
ценз для чиновников, желавших успешно продвигаться по служебной лестнице: для
получения чина VIII класса требовалось иметь среднее образование либо сдать
экзамены по специальной программе. В 1834 г. ценз был отменен, но первый чин
при поступлении на службу, а также скорость продвижения по службе все равно
оставались в прямой зависимости от образования. В 1857 г. последние преимущества
по образованию при продвижении по службе были отменены, но при поступлении на
службу сохранились: первый чин давался в зависимости от уровня образования;
кроме того, поступление на службу обусловливалось образовательным цензом в
объеме уездного училища, дававшего неполное среднее образование. Результаты
принятых мер постепенно сказались. Если в 1755 г. доля чиновников с высшим
образованием со­ставляла всего 1.1%, со средним образованием — 19.3%, с
начальным и домашним образованием — 80.6%, то в середине XIX в.: с высшим —
29.4%, со средним — 36.9% и с начальным — 33.7%, в 1897 г. — соответственно
39.5, 22.8, 37.7%. 6