В критике последствий Великих реформ,

г. звучат актуально и сейчас: «Наш народ,
яко дети, неучения ради, которые никогда за азбуку не примутся, когда от
мастера не приневолены бывают, которым сперва досадно кажется, но когда
выучатся, потом благодарят, что явно из всех нынешних дел; не все ль неволею
сделано, и уже за многое благодарение слышится, от чего уже плод произошел; и в
мануфактурных делах не предложением одним делать, но и принуждать и вспомогать
наставлением, машинами и всякими способами, и яко добрым экономам быть».124

Мы должны признать также,
что и в политической сфере верховная власть и ее администрация сделали немало
позитивного, если примем во внимание, что политические требования
общественности бесспорно обгоняли готовность народа к парламентской демократии,
что даже Великие реформы, за исключением аграрной и военной, и столыпинская
реформа в полной мере оказались невостребованными народом, в особенности
крестьянством. В связи с последним обстоятельством можно допустить, что
торможение реформаторского процесса в либеральном направлении, наступавшее в
1825—1855 гг. или в 1880—1890-е гг., вызывалось объективной опасностью потерять
контроль со стороны верховной власти над ситуацией в стране. Это особенно
наглядно видно в контрреформах 1880—1890-х гг., которые обычно рассматриваются
исключительно как стремление верховной власти отменить или по крайней мере сузить
либеральное значение реформ. Между тем в них имелся и второй аспект — более
органичное и рациональное по своей сути приспособление новых учреждений и
институтов, созданных реформами, к традиционным институтам, к потребностям
всего общества, а не только его малочисленной образованной части. В некоторых
случаях эта была необходимость: Великие реформы опережали уровень
социально-политического развития России. Так, городская и земская контрреформы
были вызваны желанием верховной власти смягчить противоречия, существовавшие,
во-первых, между коронной администрацией и общественным самоуправлением,
во-вторых, между различными группировками внутри самих органов самоуправления,
в-третьих, между органами общественного самоуправления и населением. Эти
противоречия мешали правильному функционированию всех органов власти. Цели
судебной контрреформы также не сводились к отмене судебных уставов ради
усиления прерогатив коронной администрации. Контрреформа стремилась сузить
деятельность суда присяжных из-за того, что в составе присяжных оказалось много
крестьян и представителей национальных меньшинств, которые не могли надлежащим
образом выполнять свои обязанности вследствие малограмотности, сильной
зависимости от мнения аудитории, адвокатов и приверженности нормам обычного
права, имевшего противоречия с правом официальным. В критике последствий
Великих реформ, развернутой консерваторами, заключались рациональные моменты.125