Втретьих, изучение материалов, связанных с

Наиболее полные,
однородные и достоверные данные относятся к 1874—1912 гг. В эти годы ни
ростовой, ни возрастной, ни социальный цензы (требования к социальному
происхождению и конфессии новобранцев) не изменялись, сведения охватывали всех
призывников и представлены в отчетах Военного министерства в одинаковой форме —
сгруппированы в 11 ростовых интервалов. К сожалению, их некорректно объединить
в единый ста­тистический ряд с данными о росте рекрутов за 1840—1855 гг. по
трем причинам. Во-первых, ввиду изменения ростового, возрастного и социального
цензов, о чем речь шла выше. Во-вторых, из-за того, что первоначальные данные о
росте рекрутов, собранные рекрутскими присутствиями, представлялись в отчетах
Военного министерства до и после 1874 г. по-разному — до введения всесословной
воинской повинности в 1874 г. они группировались в 4 ростовые группы: до 159
см, от 160 до 168, от 169 до 177 и от 178 до 191 см, а с 1874 г. — в 11 групп
от 159 до 196 см с интервалом в 4.4 см (переводя аршины и вершки в сантиметры).
Число ростовых групп оказывает существенное влияние на результаты подсчета
средней длины тела. Например, одни и те же данные, сгруппированные в 4 и 11
ростовых групп, дают средние, отличающиеся на 1—3 мм. В качестве общего правила
действует формула: чем меньше ростовых групп, тем величина средней длины тела
выше. В-третьих, изучение материалов, связанных с призывом на воинскую службу,
приводит к выводу, что до 1874 г. отбор лиц, годных к службе, не был вполне
случайным процессом, он зависел не только от роста и здоровья рекрутов, как это
было в период всесословной воинской обязанности в 1874—1915 гг. Субъективный
фактор — интересы помещиков и крестьянских и мещанских общин, которые сдавали
рекрутов и несли круговую ответственность за исполнение повинности, а также и
вкусы рекрутских присутствий — играл существенную роль и нарушал случайность
отбора, которая одна дает вполне объективные результаты. Например, помещик и
общины стремились сбывать в рекруты нарушителей общественного порядка, мелких
преступников, нелояльных к власти лиц и т. п., рекрутские присутствия имели
склонность принимать на службу высоких и красивых мужчин. Подобная селекция
должна была отражаться на высоте рекрутов. Остается надеяться, что указанные
субъективные интересы действующих при рекрутских наборах лиц были постоянны и
искажали данные о росте рекрутов систематически и на одну и ту же величину.