Мы просили 1.

-    Вам
повезло, ваше дело будет рассматривать хо­роший судья.

Но вот ровно в 9 часов в переполненном до отказа
зале раздается:

-    Подсудимая
Богораз - доставлена.

-    Подсудимый
Литвинов - доставлен.

-    Подсудимый
Делонэ - доставлен.

-    Подсудимый
Бабицкий - доставлен.

-    Подсудимый
Дремлюга - доставлен.

Это судья Лубенцова называет каждого из подсуди­мых,
а секретарь свидетельствует о том, что он доста­влен в судебное заседание.

В первые минуты слушания дела я волнуюсь боль­ше
обычного. Сейчас я защитник Ларисы Богораз и Павла Литвинова. Пройдет несколько
минут, и у меня останется один подзащитный - Лариса заявит суду, что будет
защищаться сама. Первый раз в моей жизни под­защитный будет отказываться от
моих услуг. И хотя я знаю, что Лариса заявит это ходатайство абсолютно
корректно, все же не могу отделаться от неприятного чувства уязвленного
самолюбия.

Остальные ходатайства общие у всех подсудимых и
их адвокатов. Их несколько. Мы просили:

1. Включить в список
лиц, подлежащих допросу в су­дебном заседании, дополнительно 6 свидетелей.

Советское право не знает понятий «свидетелей об­винения»
и «свидетелей защиты». Закон обязывает следователей включать в список
свидетелей для вызо­ва в суд - как тех, кто дает показания против обвиняе­мых,
так и тех, кто свидетельствует в их пользу.

Свидетели Леман, Великанова, Медведовская, Бае­ва,
Русаковская, Панова были допрошены на предва­рительном следствии. Все они дали
показания в поль­зу подсудимых. Ни одного из них следователь в список не
включил.

2.  Направить дело на
доследование для объедине­ния его с делом Виктора Файнберга. Это повторение
того ходатайства, которое мы заявляли при ознакомле­нии с делом.