Наличие высшего юридического образования

Несмотря на то что получение «микста», как
я уже писала, связано с риском, между собой адвокаты го­ворят о нем открыто.
Знали об этой практике и судьи, и прокуроры и в частных разговорах не только не
осу­ждали ее, но и находили разумной и справедливой.

Поэтому те, кто лишался по разным причинам
воз­можности продолжать свою работу в государственных правовых учреждениях,
охотно соглашались на обе­щанный им прием в адвокатуру. Они понимали, что на­всегда
теряют возможность удовлетворения своего об­щественного честолюбия, но зато
приобретали более высокий материальный уровень жизни.

В последние годы положение изменилось. В
колле­гию адвокатов стремятся многие оканчивающие уни­верситеты студенты. Прием
в Московскую коллегию очень ограничен, и попасть в нее - большая удача, до­ступная
далеко не всем желающим.

Наличие высшего юридического образования -
обя­зательное требование, предъявляемое к каждому ад­вокату в Москве и в
крупных городах; а в отдаленных местах еще много адвокатов, не имеющих юридиче­ского
образования.

Адвокатов стали избирать делегатами
местных Со­ветов, приглашать на престижные заседания, вклю­чать в делегации
юристов, направляющихся за грани­цу. Но и теперь нет ни одного адвоката ни в
высших государственных и партийных органах, ни среди депу­татов Верховных
Советов СССР и союзных республик, ни даже среди постоянных членов
консультативных со­ветов при Верховных судах Союза и республик.

Я думаю, что стремление молодых юристов
стать адвокатами (если оно не вызвано только материаль­ными соображениями) -
это стремление людей, на­меренно и сознательно отказывающихся от активной
общественной жизни в рамках официальной систе­мы. Стремление строить свою жизнь
в условиях той относительной независимости от государства, кото­рую
действительно предоставляет адвокатская про­фессия. По-прежнему из суда и
прокуратуры перехо­дят в адвокатуру следователи, прокуроры и судьи. Но если в
первые годы моей работы в подавляющем боль­шинстве это были худшие, то теперь
вместе с этими худшими стали приходить и другие. В адвокатуру при­ходят
прокуроры, которые не хотят подчиняться тре­бованиям вышестоящего начальства и
поддерживать в суде обвинение против людей, чью вину они считают недоказанной;
судьи, которые убеждаются в том, что их судейская независимость - это
независимость мни­мая. Они все стояли перед выбором: либо беспреко­словно
подчиниться тому, что в Советском Союзе на­зывается «карательной политикой» (не
закон, а имен­но политика), либо неизбежно (добровольно или выну­жденно) уйти с
судейской или прокурорской работы.