Так что считайте, что пронесло.

-   Я понимаю, что за
пять минут свободы на Красной площади я могу расплатиться годами лишения свобо­ды.

Последние слова всех подсудимых были
прекрас­ны. В них больше, чем в цитированных мною раньше показаниях, отражалась
индивидуальность каждого из них. Но ни тогда, ни сейчас я не знаю, кому отдать
пре­имущество; не могу решить, кто из них сказал лучше, достойнее. Наверное,
каждый слушатель мог выбрать из этих «последних слов» то, которое больше
соответ­ствовало его собственным взглядам, характеру и ми­ровоззрению.

Для меня особенно близким были обращенные
к су­ду слова Бабицкого:

-    Я
уважаю закон и верю в воспитательную роль судебного решения. Я призываю вас
подумать, какую воспитательную роль сыграет обвинительный приго­вор и какую -
оправдательный. Какие нравы хотите воспитать вы: уважение и терпимость к другим
взгля­дам или же ненависть и стремление подавить и уни­зить всякого человека,
который мыслит иначе?

Во время этого же перерыва между мной и
предсе­дателем президиума Коллегии адвокатов произошел разговор, который может
служить забавной иллюстра­цией того, какие неожиданные вопросы приходилось
решать нашему «штабу».

Случилось так, что, когда Апраксин вошел в
зал су­дебного заседания, кроме меня, никого из адвокатов там не было. Он
отозвал меня в сторону и тихо, так, чтобы подсудимым не было слышно, сказал:

-   Обошлось
благополучно. Речами вашими там (и он поднял палец вверх) не очень довольны, но
неприят­ностей не будет. Так что считайте, что пронесло.

(Кстати, не свидетельствует ли такая
молниеносная реакция «верхов» на наши речи, что они не только сте­нографировались,
но и транслировались прямо в зда­ние ЦК КПСС через замаскированные
микрофоны?..)