В июне 1971 года родители

Юрий Галансков

Февраль
1972 года.

4 ноября Юрия убили. Люди, в чьих руках
была жизнь Галанскова, не вправе сказать: «Он умер от бо­лезни».

Заместитель председателя Московского
городского суда Лев Миронов, осудивший Юрия по указанию свы­ше к семи годам
лагерей строгого режима, знал, что та­кое наказание больной человек выдержать
не может, знал, что он обрекает Юрия на смерть в лагере.

Администрация лагеря, которая требовала от
Га­ланскова выполнения нормы принудительного труда, знала, что требует от него
невыполнимого. Лагерные врачи, отказавшие ему в освобождении от работы, в
назначении специального диетического питания и ле­карствах, знали, что
отказывают в жизненно необходи­мом.

В
июне 1971 года родители Галанскова обратились в Президиум Верховного Совета
РСФСР с ходатайством о помиловании Юрия. Они писали о резком ухудшении его
здоровья, о том,

что
когда приезжаем к нему в лагерь, мы видим, как он мучается, ничего не может
даже есть, не может с нами разговаривать. Если его сейчас не освободят, то мы
боимся - Юра эти 2 года до конца срока не доживет, умрет в лагере.

Президиум Верховного Совета РСФСР
отказался рассматривать ходатайство Екатерины и Тимофея Га- лансковых.

Семеро
политзаключенных, отбывавших наказание в одном с Галансковым лагере, направили
за 8 меся­цев до его гибели заявление на имя Генерального про­курора СССР
Руденко. Они писали, что их товарищ по­литический заключенный Галансков не
получает ква­лифицированной медицинской помощи, что во время обострения болезни
его не освобождают от тяжелого физического труда.

Нередко по нескольку ночей подряд он не спит

из-за
страшных болей, по нескольку дней ничего не ест, не имеет необходимых лекарств.