В самый день задержания, 25

Так
же кратко выглядят показания Павла Литвинова от первых - в день задержания - и
до последних 12 сентября.

От
показаний отказываюсь. Считаю задержание насилием со стороны лиц в штатском.
Через следствие я обращаюсь с жалобой на лиц, задержавших нас. На все остальные
вопросы отвечать отказываюсь (том 3, лист дела 7, 25 августа).

Читая показания Ларисы и Павла, я с удовольствием
отмечала не только их мужество - оно не было для ме­ня неожиданностью, но и
сдержанный, спокойный тон этих показаний. Та же спокойная сдержанность была и в
более подробных показаниях двух других участников демонстрации - Вадима Делонэ
и Константина Бабиц­кого.

В
самый день задержания, 25 августа 1968 года, Константин Бабицкий, молодой
ученый, автор трудов по математической лингвистике, сказал:

Сегодня
я пришел на Красную площадь, чтобы выразить свой протест против трагической
ошибки нашего правительства - вооруженного вмешательства в дела Чехословакии
(том 2, лист дела 20).

В своих последующих показаниях Бабицкий гово­рил,
что не боится назвать цель демонстрации высо­кой.

То же осознание высокой цели пронизывало показа­ния
не только обвиняемых, но и их друзей и родствен­ников, которые были очевидцами
демонстрации.

Том 2, лист дела 70. Показания свидетеля Татьяны
Великановой:

Вопрос следователя: Расскажите, что
вам известно по этому делу?

Ответ: Утром в
воскресенье мой муж Константин Бабицкий сказал, что должен быть на Красной
площади у Лобного места в 12 часов, чтобы выразить протест против введения
войск в Чехословакию. На мой вопрос он ответил, что кроме него будут и другие
участники, но кто именно - я не спрашивала.