Вопрос Пытались ли

Вопрос:  Пытались     ли
вы воздействовать

на
мужа, отговорить его? Ведь у вас трое несовершеннолетних детей, и вы должны
были понимать последствия.

Ответ:
Я не пыталась отговорить. Если муж считал, что во имя совести он должен так
поступить, - отговаривать его было бы просто бесчестно.

А сейчас мне кажется необходимым сделать неболь­шое
отступление и вновь вернуться к словам записки Ларисы Богораз: «Не ругайте нас,
как все нас ругают».

В один из первых дней после демонстрации к нам
домой пришел друг Ларисы и Юлия Даниэля Анато­лий Якобсон. Только однажды потом
за долгие годы нашей дружбы я видела Анатолия в состоянии такого безудержного
отчаяния. Тот второй раз был в день про­щания, когда Анатолия изгнали из
Советского Союза.

Навсегда
в моей памяти осталось его залитое сле­зами лицо и то, как он сквозь рыдания
пытался читать болезненно им любимые строки прощания с Ленингра­дом из стихов
Анны Ахматовой:

Разлучение наше мнимо:

Я с тобою неразлучима,

Тень
моя на стенах твоих.

Я никогда после этого прощания Анатолия не виде­ла.
Он действительно был неразлучим со своей стра­ной и в изгнании покончил жизнь
самоубийством.

А в тот августовский день в 1968 году Анатолий си­дел
в моей комнате, закрыв лицо своими сильными ру­ками, и сквозь рыдания повторял
раз за разом:

-   Я должен был быть
с ними. Я должен был быть с ними. Я должен был быть с ними.

25 августа Анатолия не было в Москве. Только на
следующий день он узнал о демонстрации и об аресте самых близких своих друзей.

Анатолий написал замечательное по силе и точно­сти
открытое письмо, посвященное демонстрации на Красной площади. Рукописный
подлинник этого пись­ма, ставший теперь для меня печальной реликвией, лежит в
моем досье по делу о демонстрации с тех са­мых дней.