Черниченко полагает, что права человека

Степень реализации Европейской Конвенции в
национальном пра­ве государств сильно различается. Эти различия отражают
позицию го­сударства относительно взаимодействия международного и националь­ного
права.

В доктрине международного права едва ли не
аксиомой счита­лось, что нормы международного права создают права и обязан­ности
лишь для его субъектов, а компетенция и поведение органов государства и
должностных лиц, ответственных за обеспечение вы­полнения международных
обязательств, регулируются нормами внутригосударственного права. Органы
государства, его юридичес­кие и физические лица непосредственно нормам
международного права не подчиняются.

По мнению Ю.С. Решетова, «определение
правового положения граждан традиционно является суверенным правом государств,
и меж­дународное сотрудничество в области обеспечения прав человека не
преступало ту черту, за которой начинается внутренняя юрисдикция государств». href="#_ftn15" name="_ftnref15" title="">[15]

С.В. Черниченко полагает, что «права
человека и основные сво­боды предоставляются отдельным лицам и их группам
только по­средством их внутреннего права. Иными словами, прямо от меж­дународного
сообщества индивиды и их группы никаких прав не получают». name="_ftnref16" title="">[16]

В силу такого подхода взаимодействие
международного договора и внутригосударственного закона учитывалось только в
процессе со­здания норм договорного права и норм национального законодатель­ства.

Между тем, практическое значение имеет
вопрос, могут ли нормы международного договора и иных международных актов
применяться в сфере внутригосударственных отношений непосредственно,
без про­возглашения Конвенции источником
внутригосударственного права и без трансформации ее положений во
внутригосударственные законы?