Эта свобода рассматривается и как

Статья 10, которая гарантирует «свободу
выражения мнения» или более точно - «свободу
придерживаться своего мнения, получать и рас­пространять информацию и идеи без
вмешательства со стороны госу­дарственных. органов»,
занимает в системе Конвенции особое место. Так было в то время, когда
вырабатывался текст Конвенции, и позже, когда Суд начал рассматривать
индивидуальные жалобы. Причина этого коренится в самой цели Конвенции и
механизмах ее применения. Кон­венция была предназначена, прежде всего, для
того, чтобы предотвра­тить возникновение авторитарных режимов и гарантировать
сохране­ние демократии в странах-членах Совета Европы. Поскольку и сами
создатели этого документа, и их преемники видели в свободном обме­не
информацией и идеями о правительстве абсолютно необходимое условие
существования демократического строя, - от эффективного обеспечения свободы
выражения мнения в значительной мере зависе­ло, по их мнению, само достижение
основной цели Конвенции. Это и определило особое место статьи 10 в системе
Конвенции. Однако Кон­венция не сводит свободу выражения мнений к одной лишь
свободе обсуждать действия властей или вопросы, живо интересующие обще­ство.
Эта свобода рассматривается и как основа самореализации каж­дого человека. В
Конвенции такое понимание свободы мнений являет­ся основополагающим, оно
сформулировано Судом в одном из его первых решений. В решении Суда по делу Handyside
V. ик[725]
говориться:

свобода выражения мнений представляет собой одну
из ос­новных опор демократического общества, являясь одним из главных условий
его прогресса и самореализации каждого из его членов...она применима не только
к «информации» или «идеям», которые встречают благожелательный прием или рас­сматриваются
как безобидные или безразличные, но также и к таким, которые оскорбляют,
шокируют или внушают беспокой­ство государству или части населения. Таковы
требования плю­рализма, толерантности и либерализма, без которых нет де­мократического
общества.[726]