III.ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

77.  В таких обстоятельствах
Суд не может не установить, что ограниче­ние свободы Заявителя, допустимое в
соответствии с п. «с» части 1 статьи 5 Конвенции, было применено не только для
целей, чтобы лицо предстало перед компетентным судебным органом по
обоснованному подозрению в совершении преступления, но также и для иных целей.

78.  Таким образом, имело
место нарушение статьи 18 Конвенции, взя­той вместе со статьей 5.

III.ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41
КОНВЕНЦИИ

79.  Статья 41 Конвенции
предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или
про­токолов к ней, а внутреннее право Высокой договаривающейся стороны
допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого на­рушения,
Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компен­сацию потерпевшей
стороне».

A.   
Ущерб

80. Заявитель требовал
компенсации материального ущерба 1, 755, 923,

7     евро за
уплаченные им суммы представителям при попытке восстанов­ления в России и за
рубежом его прав, нарушенных заключением под стра­жу и последующими процедурами
по уголовному делу. Данная сумма вклю­чала услуги российских, британских,
испанских и американских адвокатов, предоставляемых в связи с делом Заявителя,
в том числе процедурами по выдаче, и делом Т., работника Заявителя, чьи права
также были нарушены российскими властями.

81. Заявитель также просил
0,87 евро в качестве компенсации мораль­ного вреда в связи с испытанным
давлением и беспокойством в ходе на­хождения под стражей.

82. Правительство указало,
что услуги иностранных юридических фирм не имеют прямого отношения к заключению
под стражу Заявителя с 13 по 16 июня, а потому возмещению не подлежат.