Обращение не обязательно преследует определенные

Некоторые виды обращения могут вызывать психические
страдания, достаточно сильные, чтобы подпадать под статью 3. Это происходит, на­пример,
когда государство несет ответственность за беспричинное уничто­жение жилища и
хозяйства людей.

В деле Dulas
v. Turkey href="#_ftn302" name="_ftnref302" title="">[302] заявительнице в
момент, когда произош­ли события, было больше 70 лет. Она была свидетельницей
уничтоже­ния ее дома и имущества, силами безопасности, тем самым лишив ее крова
и поддержки. Ей пришлось покинуть деревню и общину, в кото­рой прожила всю
жизнь. Ей не было оказано никакой помощи в беде. Суд постановил, что учитывая
то, как был разрушен ее дом, а также об­стоятельства ее жизни, заявительница
подверглась обращению, кото­рое по степени своей жестокости подпадало под
категорию бесчело­вечного обращения по статье 3.

2.4.5. Обращение не
обязательно преследует определенные цели

Как отмечено выше, в отличие от пытки, признание факта, что в
отноше­нии человека было применено бесчеловечное обращение, не зависит от того,
имело ли такое обращение какую-то специальную цель.

В деле Labita v.
Italy name="_ftnref303" title="">[303] Суд постановил:

Вопрос о том, имело ли такое обращение своей целью уни­жение или
оскорбление жертвы, это еще один фактор, кото­рый следует учесть, но отсутствие
такой цели не может одно­значно исключать нарушение статьи 3. name="_ftnref304" title="">[304]

В деле Denizci
v. Turkey href="#_ftn305" name="_ftnref305" title="">[305] одним из
факторов, который принял во вни­мание Суд при установлении того, что заявитель
подвергся бесчеловечно­му обращению, а не пытке, был тот факт, что установлено,
хотела ли поли­ция вынудить его к признанию.