В деле Суд подчеркивает целый

В деле Kurt v. Turkey href="#_ftn297" name="_ftnref297" title="">[297] заявительницей
была мать молодого человека, взятого под стражу в юго-восточной Турции и
впоследствии исчезнувшего. Заявительница утверждала, помимо прочего, что она
была жертвой нару­шения статьи 3 вследствие страданий, которые она пережила, не
зная, что случилось с ее сыном. Суд отметил, что заявительница видела, как ее
сына забрали под стражу, и предпринимала многократные попытки выяснить его
дальнейшую судьбу, столкнувшись при этом с бездействием властей. Он постановил,
что заявительница была жертвой нарушения статьи 3 и под­верглась бесчеловечному
обращению.

Однако, в деле Cakici v. Turkey href="#_ftn298" name="_ftnref298" title="">[298] Суд отмечает,
что дело Kurt не уста­навливает общего принципа,
согласно которому члена семьи «исчезнув­шего лица» следует автоматически
признавать жертвой обращения, про­тиворечащего статье 3. В деле Cakici Суд подчеркивает
целый ряд факто­ров и отмечает:

Является ли член семьи жертвой зависит от наличия конкрет­ных
факторов, придающих страданиям заявителя особый ас­пект и характер, отличные от
эмоционального дистресса, ко­торый можно считать неизбежным у родственников
жертвы серьезного нарушения прав человека. title="">[299]

В деле Cakici v. Turkey заявитель был
братом исчезнувшего лица. Он не был свидетелем того, как жертву взяли под
стражу, и не взял на себя бремя выяснения последующего местонахождения брата.
При рассмотрении воп­роса, можно ли при данных обстоятельствах считать брата
жертвой обра­щения, противоречащего статье 3, Суд постановил:

Имеют значение такие элементы, как близость родствен­ных связей -
в этом контексте определенный вес будет придаваться связям между родителями и
детьми - конк­ретные обстоятельства семейных отношений, то, в какой степени
член семьи был свидетелем случившегося, актив­ное участие члена семьи в
попытках получить информа­цию об исчезнувшем лице и то, как реагировали власти
на запросы информации об исчезнувшем лице. Кроме того,