III.  Недоказанность вмененных осужденному действий

Что касается камней,
изъятых у Сайкина, то 80 процентов из них экспертизой просто отнесены к
категории технических. Остальные 20 процентов, хотя и являлись в прошлом ювелир­ными,
в их нынешнем виде, как указывает эксперт, не обла­дают эстетическими и
техническими качествами бриллиантов (средняя цена 3 руб. 60 коп. за штуку). Они
могут быть впо­следствии использованы как ювелирные лишь после «сложной
реставрации» и «переогранки» (л. 222). О целесообразности подобной переогранки
низкосортных и дешевых мельчайших камней эксперт, однако, умалчивает...

Общий смысл экспертизы
сводится к тому, что все изъя­тые у осужденного камни на момент происшествия не
обла­дали свойствами драгоценных камней. Как полагает защита, они и по этому
признаку не могли быть признаны валютными ценностями.

III. 
Недоказанность вмененных осужденному действий

Согласно приведенным в
приговоре показаниям Шилки- на и Ковальчука, вернувшийся из ювелирной
мастерской мужчина сказал Сайкину: «Если цена по 1800 рублей за ка­рат, то я
согласен». Именно эта фраза, произнесенная не осужденным, и послужила
основанием для обвинительного приговора. Иных доказательств преступления
никаких нет, так как ни наличие у Сайкина камней, ни желание проверить их
доказательствами покушения на сделку не являются.

Указанная выше фраза
неизвестного лица позволила след­ствию и суду сделать вывод, что, видимо, ранее
осужденный предлагал неизвестному продать осыпь за 18 500 руб. «плюс 500»(?).

Поскольку подобного предложения
Сайкина никто из про­ходящих по делу лиц не слышал, вывод суда носит характер
предположения. Статья 309 УПК РСФСР запрещает основы­вать обвинительный
приговор на предположительных выводах.