Из этого можно заключить, что

В комментарии к УПК РСФСР
разъясняется:

«Предположение о виновности
лица в совершении преступления при отсутствии достоверных доказательств не
может служить основанием для вынесения обвини­тельного приговора» (Комментарий
к УПК РСФСР, изд.

1981  года, стр. 370).

Поэтому сам метод
обоснования приговора порочен и противоречит требованиям закона.

Однако дефекты улик по
приговору этим не исчерпы­ваются.

Мужчина, произнесший
фразу, послужившую единствен­ной основой для осуждения Сайкина, по делу не
проходит, и личность его не установлена. Между тем целый ряд странно­стей, связанных
с этой решающей фигурой дела, не нашел в приговоре никакого объяснения, хотя
они порождают веские сомнения относительно подлинной роли этого мужчины и цели
произнесения им указанной выше фразы.

В деле нет никаких
сведений о попытках оперативной группы преследовать или искать мужчину в
зеленой куртке («Яшу») на месте происшествия. Он не «скрылся», как указа­но в
приговоре, а попросту тотчас ушел после произнесения своей фразы, что видно и
из рапорта на листе дела 2.

Несмотря на отдельное
поручение следователя о допросе работников ювелирной мастерской, к которым
«Яша» заходил якобы «проверить» камни (л. 84), поручение это не исполня­лось и
ювелиры не допрашивались. Из этого можно заклю­чить, что бесплодность подобных
допросов была очевидна органам дознания. Это обстоятельство в сочетании с
ценой, которую «Яша» далее предложил за малоценную осыпь (по приговору — 18 500
руб.), приводит к выводу, что «Яша» не показывал осыпь мастерам, не выяснял ее
подлинную цен­ность и заходил в мастерскую лишь для виду, инсценируя
консультацию.