Кто же из нас прав?

Кто же из нас прав? Что
двигало пузыревой? Вера в то, что Кшесинская действительно связана с сильными
мира сего, тщеславное желание стать благодетельницей целого ряда людей, наделив
их квартирами, или алчное желание обобрать людей путем сознательного их обмана?
Ответ на этот вопрос имеет, на мой взгляд, важное значение для дела. Он опреде­лит
нравственную оценку облика пузыревой и тем самым мо­жет оказать решающее
влияние на ваш подход к ее наказанию.

потерпевшие, прошедшие
перед вами, встретили вполне основательное осуждение, почти каждому из них вы
говори­ли: «Вы не могли не понимать, что это пахнет взяткой». но согласитесь,
что ни один из них не вызвал в вас отвращения и гнева, многие из них вызывают
серьезное сочувствие, их обманули и обобрали. Отвращение и гнев вызывают только
те, кто сознательно обманывал, именно их моральный облик выглядит гнусно в этом
деле.

поэтому, если вы
согласитесь с моей формулировкой обвинения пузыревой, вы тем самым признаете,
что она от­носится к категории потерпевших от этого дела, причем по­терпевших
тяжелее, чем все остальные — она пострадала большими, чем они, ценностями:
свободой, добрым именем, положением в обществе.

Анализ материалов дела я
считаю полезным начать с ос­вещения весьма важной стороны: характеристики
нравствен­ного облика пузыревой.

Говоря «бытие определяет
сознание», мы иногда забыва­ем, что сложившееся сознание является могучим
фактором, определяющим поступки человека в его бытии. Поэтому оцен­ка мотивов,
руководивших поступками человека, обязательно должна производиться в свете
данных о его прежней жизни, то есть в свете нравственного облика человека.
Насколько важен этот момент для оценки доказательств, видно из сле­дующего
примера.