Лобанов отказался от оговора Светловой.

из шести осмотренных
Лобановым накладных на имя Светловой он в отношении трех категорически заявил,
что никаких следов подлога в них нет и неучтенная продукция по ним не
отпускалась. В тех случаях, когда Лобанов не под­тверждал заключения
экспертизы, следствие обычно прек­ращало дела. Между тем и эти три накладные,
отвергнутые Лобановым, все-таки включены в
обвинение Светловой. по­чему? непонятно.

В отношении остальных
трех накладных Лобанов заявил: «В них я вижу несовмещение, значит, по ним
произведен для Светловой отпуск неучтенных мячей». Эти показания Лоба­нова
подтверждали на следствии вину Светловой в реализа­ции похищенных мячей на 7787
руб. изменилось ли положе­ние в суде? Да. Лобанов отказался от оговора
Светловой. прокурор в речи своей указал, что по одной накладной Лоба­нов
уличает Светлову и здесь, в суде. Это неверно. Вот как он дословно заявил:
«неучтенную продукцию Светлова ни разу не получала. из шести накладных в одной
есть несовмещение, но оно от случайных причин, отпуска не было и по ней». после
этих показаний Лобанова не осталось никаких доказательств вины Светловой, кроме
сомнительного заключения эксперти­зы. Как быть? Можно ли осуждать при таком
положении?

Рецепт, как быть в такой
ситуации, дан в деле самим об­винителем. В своем постановлении о гражданине
Слободни- ке прокурор пишет: «Ранее Лобанов уличал Слободника, но впоследствии
отказался от этих показаний. Так как теперь доказательством вины Слободника
служит только кримина­листическая экспертиза, что недостаточно для предания
суду, дело прекратить».

Кажется, ясно?
недостаточно для обвинения!

А здесь в речи тот же
прокурор говорит, что такие же до­казательства достаточны для осуждения
Светловой!