Магомаева были официально запрошены защитой

Таким образом, оценки
подлинных авторитетов в области искусства не просто расходятся с «экспертизой»
по делу, но и противоположны ее суждениям.

Суду были представлены
для ознакомления также публи­кации об указанных двух фильмах в советской прессе
— жур­налах «Советский экран» № 11 за 1984 год и «Искусство кино» № 7 за 1978
год. В первом из них сообщается, что Че­лентано — популярнейший у итальянского
народа киноактер, участник XIII Московского кинофестиваля, а его кинокомедии
«Укрощение строптивого» и «Бархатные руки» преследуют «лишь одну цель —
рассмешить зрителя любым способом» (стр. 22 журнала).

Во втором (стр. 143
журнала) — фильм «Рокки» именуется «ловко, не без юмора и трогательности
скроенной лентой».

Авторы этих публикаций,
советские кинокритики, не усмо­трели в обоих фильмах тех вредных свойств
«орудий идеоло­гической диверсии», которыми наделили их эксперты по делу.

Суд ознакомился с этими
публикациями. Прокурор от оз­накомления с ними отказался...

Причины, по которым суд
не согласился с опровергающи­ми экспертизу оценками фильмов «Рокки» и
«Бархатные ру­ки» со стороны советских критиков, в приговоре не указаны.

Отзывы С. Бондарчука и М.
Магомаева суд отклонил по той причине, что они не облечены в форму экспертизы и
по­тому якобы доказательной силы не имеют.

Между тем, согласно
статье 65 УПК УССР, доказатель­ствами в уголовном процессе признаются не только
заключе­ния экспертов, но и «иные документы». Отзывы С. Бондарчу­ка и М.
Магомаева были официально запрошены защитой в порядке, установленном статьей 6
Закона об адвокатуре в СССР, а ответы на них являются официальными документа­ми
киностудии «Мосфильм» и депутата Верховного Совета союзной республики. Поэтому
суд был обязан дать оценку су­щества этих документов, а не ограничиваться
формальным и процессуально ошибочным отказом принять их во внимание.