Не отрицая факта подделки им

Этот вывод повторно
свидетельствует о неоснователь­ности осуждения Трускина по части 3 статьи 93
УК.

Примечательно, что,
безоговорочно следуя за колебания­ми экспертов, суд вышел за рамки предъявленного
Трускину обвинения и признал его виновным по эпизоду № 5 (картина Киселева
«Художник на этюдах») в хищении 850 руб., хотя он обвинялся в хищении 700 руб.,
а по эпизоду № 6 (картина «Сиверко») увеличил вмененную ему в вину сумму на 5
руб., нарушив тем самым статью 254 УПК РСФСР.

Выход за рамки обвинения
проявился и в том, что приго­вором полностью исключены имевшиеся в
предъявленном обвинении ссылки на суммы, уплаченные Трускиным при по­купке им
криминальных картин.

В приговоре указаны
только экспертные оценки этих кар­тин, полученные в судебном заседании. Таким
образом, от­меченное в обвинении представление Трускина о стоимости картин
признано не играющим никакой роли и заменено пред­ставлением экспертов, которое
якобы могло быть известно и Трускину в период совершения преступления.

Подобное изменение
формулировки резко отягчило вину Трускина в сравнении с предъявленным ему
обвинением. Оно противоречит фактическим обстоятельствам и здравому смыслу.

Об эпизоде,
квалифицированном по части 1 статьи 147 УК РСФСР

Трускин осужден по этому
эпизоду за обман неустанов­ленного лица, выразившийся в продаже ему картины
«Дети на террасе» с поддельной подписью Корзухина.

Не отрицая факта подделки
им авторской подписи, Тру- скин показал, что совершил это без цели обмана
покупателя, что приобрел эту картину у Данцигера за 200 руб., затем Дан- цигер
ее на время забрал у него, но вернул;

он, Трускин, никому ее не
продавал, но впоследствии об­менялся с Музалевским, то есть отрицал тем самым и
факти­ческую сторону обвинения, и цель наживы (л. 333 т. 31).