Устанавливая приговором, что плату за

Устанавливая приговором,
что плату за выполнение зубо­протезных работ Журина разделила с неизвестным
техником, суд не вправе был поэтому взыскивать всю сумму получен­ной платы —
4230 руб. — с нее одной.

При расчете суммы
неосновательного обогащения судом не принята во внимание также и стоимость
колец в ювелирных магазинах (20 руб. за грамм), которые согласно приговору, при­обретались
в качестве материала для изготовления протезов.

3.  Суд в приговоре
весьма туманно утверждает, что Жу­рина «протезировала граждан с применением
золота» и «та­ким путем продавала золото», допуская тем самым ошибоч­ное
отождествление двух разнородных сделок: подряда и купли-продажи. Это смешение
понятий потребовалось толь­ко для того, чтобы именовать полученную Журиной
плату за работу (см. определение подряда в ст. 64 Основ гражданского
законодательства СССР) наживой от продажи, то есть искус­ственно отягчить ее
вину.

Между тем вполне
очевидно, что Журина не «продавала золото» в виде коронок, а занималась
врачебной работой, ис­пользуя золото в качестве материала для протезирования в
лечебных целях так же, как в иных случаях ею использовался недрагоценный
исходный материал (см. постановление на л. 63 т. 1).

Характерно, что вопрос об
уголовной ответственности пациентов Журиной вообще не возникал по делу, хотя
они, пользуясь терминологией суда, «скупали золото».

В отличие от ювелирных и
технических изделий из драго­ценных металлов зуботехнические протезы из золота,
уста­новленные в полости рта, не могут использоваться владельца­ми в качестве
валютных ценностей, пока они используются по назначению как суррогатная часть
человеческого организма. Поэтому вызывает серьезное сомнение, чтобы работа
врача по установке подобных протезов в лечебных целях могла во­обще
рассматриваться как сделка с валютными ценностями.