Записка действительно оказалась частью листа

Попытка эта оказалась
бесплодной, так как ни данных о подлоге текста записки, ни доказательств
представления ее следователю именно Малявиной получено не было.

Несмотря на это, вопросу
о записке уделяется в пригово­ре определенное внимание — не
как улике вины Малявиной, а для создания видимости
сокрытия следователем истины в первой
фазе расследования.

С этой целью суд
указывает, что следователем Мишиным записка Жданько была якобы
обнаружена среди записей по­койного, хотя в действительности она «оказалась
вырезкой» из текста ролей Жданько. С той же целью суд упоминает, что уголовное
преследование против Мишина прекращено лишь «вследствие изменения обстановки».

Записка действительно
оказалась частью листа из тетра­ди Жданько, но она исполнена на чистом
обороте листа с за­писью рассказа В. Шукшина «Прямым
ходом» (тетрадь № 6, л. 59). Ни к этому рассказу, ни к тексту каких-либо ролей
ее содержание никакого отношения не имеет.

Более того, при
совмещении оторванной части с осталь­ным листом выясняется, что под текстом
«Прошу в смерти никого не винить» Жданько поставил дату — 24 ноября 1974 года —
и свою личную подпись. Подлинность подписи сомнения не вызывает и подтверждена
(вместе со всем тек­стом) экспертизой (л. 181 т. 3).

Таким образом, записка
составлена Жданько от своего имени
24 ноября 1974 года.

Никаких данных о том, что
она была вырвана (или выре­зана) из тетради не самим автором, а после его
смерти, в деле нет. Следователь Мишин при допросах его по делу по­яснял, что
записка в ее нынешнем виде была обнаружена им при просмотре общего вороха
личных бумаг Жданько, изъя­тых из его комнаты (л. д. 140 т. 2, 10, 20 т. 5,
80-82 т. 6). Опро­вергающих его показания данных не имеется.